Неотправленные письма о любви

Неотправленное письмо

Мы встретились не в детстве и не в юности,
А очень-очень взрослыми людьми,
Когда уже у каждого и трудности,
И радости, и глупости, и мудрости
Давным-давно за плотными дверьми.

Но для того чтобы любить и верить
И прошлого не брать с собою в путь,
Нам нужно, вероятно, эти двери
Друг перед другом настежь распахнуть.

Согласен, что нелегкая задача,
Но коль душа – сложнейший в мире дом,
То разве будет впереди удача
Там, где, полдома откровенно пряча,
Вдруг кто-то держит двери под замком?!

Ведь то, что перечеркнуто и названо,
Погаснув, новой не грозит бедой,
Тогда как все, что тайной перевязано,
Способно тлеть, как угли под золой.

Как жил я в этом мире, я не знаю.
Да кто на свете сам себе судья?!
Смотри сама: вот жизнь тебе моя,
Я ничего в минувшем не скрываю.

Оно нелегким было, это прошлое, –
И соловьи, и хмурые сычи.
Что было там плохого, что хорошего?
Сама обследуй, вот тебе ключи!

А ты, залив все беспредельным светом,
Чтоб жизнь мою полней перелистать,
Свои былые письма и секреты,
Уж если честно говорить об этом,
Не мучилась желаньем открывать.

Ты близкий друг. И вроде не лукавишь,
И вроде любишь, любишь от души!
И в то же время как бы утверждаешь
И этого почти что не скрываешь:
– Мой прошлый день не тронь, не вороши.

И если хочешь сохранить доверье,
Прими все то, что я тебе скажу:
– А вот про ключ от затворенной двери
Забудь. Считай, что нет его. Прошу.

И все ж порой ты отмыкаешь двери,
Чтоб вспомнить взгляды, шутки и бои,
Чтоб вновь кому-то верить и не верить
И перебрать удачи и потери –
Далекие реликвии свои…

И, поклоняясь мифу или праху,
Ты с радостной улыбкой, видит бог,
Скорей положишь голову на плаху,
Чем дашь шагнуть мне через тот порог!

И я не спорю, потому что, право,
Вторгаться в душу просто ни к чему.
У каждого есть в этом мире право
Хранить все то, что дорого ему.

И это здесь не ревность. Тут скорей
Исполненное горечи сознанье,
Что никакими силами в том зданье
Мне не раскрыть захлопнутых дверей.

Прости меня! Все это не укор.
А что? Не знаю. Эгоизм, быть может,
Никто тут не придет и не поможет,
И будет все, как было до сих пор…

Но как странны мы часто, просто смех:
Вот нет любви – ждем ласкового слова,
А есть любовь – переживаем снова:
– Хочу быть лучше и любимей всех!

Любовь, любовь! И праздник, и терзанья:
Все-все отдай, лишь для меня гори!
А, впрочем, может, все эти желанья
Не так уж глупы, шут нас подери!

И лишь ночами в голубом эфире
Порой мне снится сквозь метельный снег,
Что для кого-то где-то в этом мире
Я самый-самый главный человек…

Источник:
Неотправленное письмо
Мы встретились не в детстве и не в юности, А очень-очень взрослыми людьми, Когда уже у каждого и трудности, И радости, и глупости, и мудрости Давным-давно за плотными дверьми.
http://ollam.ru/classic/rus/asadov-eduard/neotpravlennoe-pismo

Неотправленные письма

«Знаешь, я уже почти не испытываю боли. Честно. Я так свыклась, так срослась с нею, что перестала её чувствовать. И все из-за тебя». В новом выпуске литературного проекта «Абзац» — эпистолярный рассказ Григория Прядко. Перед чтением запаситесь носовыми платками. Пригодятся.

Знаешь, я уже почти не испытываю боли. Честно. Я так свыклась, так срослась с нею, что перестала её чувствовать. И все из-за тебя.

Я никогда и никому не писала писем. Удивительно. Сообщения по телефону, мэсседжи, глупые, затертые до дыр, потерявшие в силу очевидности всякую ценность цитаты на стенах социальных сетей, всего этого было с избытком. Писем же – настоящих, на бумаге, написанных от руки, ни разу в жизни.

Когда я решила начать писать тебе, то думала, что буду точно знать каждую строчку, не упущу ни одной мысли, которую хотела бы донести. Но едва я села за письменный стол, как поняла: голова моя пуста и в ней гуляет только ветер. Он, мой ветер, полон грусти и осени, в нем жёлтые листья плывут по волнам тумана, и ты прекрасно знаешь почему…

Мы ведь с тобой знакомы, кажется, всю жизнь, да? Сколько помню себя, столько и был рядом ты. И ты не знаешь, конечно, я же тебе никогда не говорила, но первое, что я до сих пор помню о себе, это как плакала на площадке детского садика, потому что зарыла в песочнице любимую куклу, а ты помогал мне её искать. Кукла потерялась, но какая разница, ведь искали мы кусок пластмассы, а нашли друг друга.

Родители у нас дружили, и мы с тобой часто виделись. Я часто болела, общения со сверстниками не хватало, и каждому твоему появлению радовалась до замирания сердца. Наверное, то ощущение, когда оно делает «тук» и мгновением останавливается, появлявшееся как только я видела тебя, берет начало именно оттуда, из нашего беззаботного детства.

Иногда обижали меня другие мальчишки. Так и норовили дернуть за косу, а ты, Сашенька, всегда защищал меня от них. Никому не давал в обиду.

Забавно, ты слегка шепелявил в детстве и не мог толком произнести моё имя, звал меня Лиска. «Сашка, не Лиска, а Лизка, Лиза, Елизавета», — учила я, а ты хоть и старался, конечно, но все равно у тебя ничего не получалось. Вот и осталась я для тебя навсегда Лиской, Лисой.

Еще помню, как не расставался ты с карандашами и бумагой, постоянно рисовал, красил и даже когда бегал по улицам, норовил мимоходом веточкой что-то почертить на земле.

Ты уже тогда не был таким как все, Сашенька мой. С самого детства небо полюбило твои глаза, а солнышко играло твоей улыбкой.

И в школу мы тоже пошли вместе, учились, правда, в параллельных классах, но не было ни одной перемены, на которой мы бы не виделись. И ты все так же продолжал защищать меня. «Жених и невеста», — дразнили нас, но не знаю, как тебе, а мне это даже льстило. Однажды какой-то мальчонка назвал меня рыжей, я разревелась сама не знаю отчего, а ты увидел, подошёл к нему и толкнул так, что тот больно ударился. Наших родителей ещё потом вызывали в школу, и произошедшее нам казалось событием, трагичнее которого ничего на свете и быть не может. Чего я тогда так обиделась и плакать начала? Ведь я и в самом деле рыжая. Эх, дети…

Скоро нас стало четверо. Роман и Таисия, такие же, как и мы, «жених с невестой». Ромка и Ташка. Он, полненький и забавный, в очках и она, крохотная тихоня с брекетами. Мы сдружились и с тех пор постоянно находились вместе.

Порой я думаю, вернуть бы те времена, дни беззаботного детского счастья и радости, и понимаю, нет, не бывать такому никогда. Но ведь как жаль, Сашенька, как до слез жаль.

В четвёртом классе мой мир рухнул. Папу повысили по службе, мы переехали в Москву. Ты пришёл к нам домой в день отъезда, грустный и серьезный. Мы находились в моей комнате, пока родители собирали оставшиеся вещи. Сидели, не говоря ни слова, дети десяти лет, взявшиеся за руки. Наконец, словно устав от собственного молчания, ты вынул из кармана листок картона и протянул мне.

Я никогда раньше не видела ничего подобного.

Там, на небольшом бумажном квадратике, сияло лето. Небо, такое же пронзительно синее, как твои глаза, казалось ярче и реальнее того, тусклого и зимнего, что висело за окном. Яркое солнышко освещало поляну, пёструю от заполонивших её цветов. Казалось, нет конца и края их морю, раскинувшемуся под голубым небом и желтым солнцем! Как написал ты все это обычными цветными мелками? Какое вдохновение сошло тогда на тебя, мальчишку, только начавшего ходить в школу?

«Я нарисовал Цветочную поляну, Лиска. Она приснилась мне сегодня, – сказал ты. — Будет грустно, посмотри на неё и помни, я всегда жду тебя здесь». И густо покраснел после своих слов.

Знал бы ты, как грела сердце моё твоя Цветочная поляна!

Трудно писать письма. Но нужно. Они как лекарство, которое облегчает боль в душе.

Не спала всю ночь. Думала. Как же вот так бывает: в голове ураган, все гоняю, гоняю что-то по кругу, спрашиваю сама себя, как и почему, по чьей воле жизнь так повернулась. Будь ты рядом, наверняка подсказал бы ответ. Впрочем, тогда мне и незачем было бы тебе писать…

Когда мне исполнилось девятнадцать, умер папа. Он завещал похоронить себя на родине. Так мы и вернулись назад. Мама тогда места себе не находила от горя, заболела, я же перевелась и, чтобы отвлечься, с головой ушла в учёбу.

Нет случайностей на свете. Мы рождаемся и умираем в заранее назначенный нам срок, встречаемся лишь с теми, с кем ходим одними тропами, и расстаемся только тогда, когда суждено.

Тот котёнок, чёрный, лохматый, помнишь? Он прибился ко мне на улице, целую неделю прожил у нас с мамой, а потом сбежал.

Кинулась я его искать, а что толку? Глупыш забрался на тополь во дворе и сидел там; напуганный и обиженный на весь свет, шипящий от страха комочек.

А потом появился незнакомый парень моих лет, высокий и вихрастый. Он полез на дерево и долго пытался достать котёнка оттуда. Тот шипел и царапался, под конец же сам спрыгнул и убежал в подъезд моего дома. Я все удивлялась про себя, какой он неуклюжий, тот мальчишка, нескладный, худой, с угловатыми, резкими движениями, словно кукла на шарнирах. До тех пор, пока он не слез с тополя и не подошёл ко мне.

Я потеряла дар речи на мгновение. Передо мной стоял ты. Да, высоченный, да, худой и да нескладный, глаза же, улыбка остались прежними. И сердце моё сделало давно позабытый «тук».

Какой котёнок! Я думать про него перестала, мы же с тобой не виделись тысячу лет…

«Привет. Привет. Ну как ты? Я нормально. Ты так похорошела… А ты совсем не изменился, нет, вру, прости, ты стал другим»…

Улыбка, лучи солнца в волосах и тёплый ветер лета вокруг нас…

«Давно приехала?» – «Два месяца назад, мой папа умер…» – «Извини, не знал, надолго здесь. » – «Наверное, навсегда…» – «Я рад, увидеть тебя вновь, пусть столько лет прошло…»

Да, годы пролетели, мы уже не дети, но тот же город, тот же дом и двор и тополь те же.

Мы повернули время вспять.

«Ты учишься?» — «Я да, пошёл на политех, но нет уже скорее, бросил…» – «Но как же так?» – «Да просто (ты улыбнулся, одним лишь взглядом, беззаботным, с лёгкою грустинкой), пишу картины, помогаю Ромке по работе, он гоняет машины на продажу…» – «Ты с ним общаешься?» – «Конечно, с ним и с Ташкой, они все так же, вместе…»

Был ли такой диалог между нами и если да, то был ли он такой? Наверное. А может, мы его сказали только взглядом…

Вечером того же дня мы увиделись у Ромки на квартире, которую он снимал вместе с Ташкой. Вот уж кто не изменился совершенно, так это именно наш Роман! Все такой же толстый, кудрявый, в неизменных круглых очках, постоянно и непрерывно в движении, сыплющий шутками, источающий веселье. Только роста почти двухметрового. В общем, полная противоположность маленькой и тихой Таисии, от которой он не отходил ни на мгновение, все своё веселье и всю энергию распространяя вокруг неё и для неё.

Так забавно, не видела вас троих целую вечность, и наша дружба, казалось, осталась далеко в детстве, но словно не было тех лет, пролетели они мимо, как пейзаж в окне поезда.

Ты мало говорил тогда, больше молчал, слушал, цедил вино, улыбался чему-то своему. Но твои глаза! Какие они… Ярко-синие, с прищуром. Ты не смотрел, ты писал картину глазами! И не было мне спасенья от них, да и спасаться совсем не хотелось!

Из чего рождается любовь? И когда? Все норовят дать ответ, и никто не может.

Вот твоя любовь, твоя личная персональная ко мне, она из чего появилась? Зачем она вообще родилась, в чем смысл её?

Ты сказал, что любишь, тем вечером, когда мы уходили от Ромки с Ташкой. Проводил до такси, взял за руку и сказал: «Люблю». Всего одно слово, ни «пока» ни «до свидания», только короткое и яркое, как пламя, «люблю». И пошёл к себе через пустой мрачный парк с тревожно шумящими листвой каштанами.

Я часто сейчас думаю над тем, что же такое любовь. Согласись, столько по этому поводу написано-сказано-спето. Столько великих слов и избитых, никому не нужных истин. Не знаю, кому как, а для меня любовь теперь – тот ночной парк, воздух, пахнущий дождём и твоя спина, исчезающая в темноте среди призраков старых деревьев.

Мы увиделись на следующий день, затем ещё и все время ты был разным. Ты странный. Не такой, как все. Вроде и весёлый, и шутишь, хоть часто невпопад, но есть в тебе что-то. Ты как будто завис между двумя мирами, тем, в котором мы все живём и тем, в котором есть место лишь для тебя. И дома ты именно там.

Я помню, как оказалась в твоём мире. В том месте, которое ты называл своим жилищем. Конечно, тебе «двадцатилетнему, взрослому, состоявшемуся человеку» не пристало жить с мамой и папой. И, конечно, ты снял не просто квартиру. Комната в цокольном этаже старого дома, переделанная под жильё из подсобки, с длинными узкими окнами под низким сводчатым потолком. Из мебели кровать и скромная кухонька, еще ноутбук и мольберты, краски, кисти, и картины, картины…

Я бродила среди них с чашкой ароматного, удивительно вкусного кофе, который ты умудрился приготовить на старенькой конфорке, и казалось, будто я и сама выпала из мира, к которому так привыкла. Передо мной проплывали другие планеты, вырастали непостижимые в своем величии города, появлялись неведомые существа, созданные силой твоего воображения. Даже обычные люди на твоих картинах выглядели не так. Я не могу сказать, описать словами, но самые банальные вещи ты изображал по своему, будто видел их через некую сложную призму, недоступную остальным. Невероятно, как ты успевал их писать, свои полотна. Когда ты вообще спал, ел, работал? Знаю по себе, я не справилась бы, но ты…

Я наткнулась на себя совершенно неожиданно. Ты завесил картину тканью, и я случайно (случайно ли?) смахнула ее локтем. Я увидела собственное лицо, отображенное с фотографической точностью, но какое-то иное, слишком светлое, доброе и чистое, и оттого немного печальное. Картина, вернее даже набросок, ещё явно была не закончена; лицо ты написал, а фигуру отметил лишь несколькими штрихами.

Я позабыла про кофе.

«Сегодня ночью. Но я ещё не успел». Твой голос, низкий и тихий прозвучал за моей спиной, и я вздрогнула, потому что не услышала, как ты приблизился.

«Я думала, что для таких портретов нужно позировать или хотя бы дать фотографию».

«Я пишу по памяти».

«Вот она тебя и подвела. Та, которую ты изобразил, не я. Она слишком красива».

«Поверь мне, это ты, я тебя вижу такой».

«Нет, Сашка нет, ты мне льстишь. А что за рука обнимает её?».

Ты не отвечал долго. Ты отошёл от меня в другой конец комнаты и встал так, что почти весь скрылся в тени. Ты словно смутился от моего вопроса и произнёс, преодолевая себя:

«Я написал тебя, Лиска. Ведь это моя рука». Голос твой дрогнул.

Сашенька. Милый, родной мой недотепа с синими глазами. Вот почему ты молчал у Ромки в гостях. Ты запоминал, и я сейчас лишь поняла, какую именно картину ты задумал.

Там, на картине, мои плечи обнимала твоя рука. Впервые же, по-настоящему, ты обнял меня несколько дней спустя. Мы шли с тобой от Ромки с Ташкой, через тот самый парк и я напугалась собаки, помнишь? Чёрный пёс выскочил из кустов, гавкнул и прыгнул обратно. Я не разглядела ни какой он породы, ни был ли у него ошейник, собака только показалась мне очень большой. У страха глаза велики, а я всегда была трусихой. Я бросилась тебе на грудь, и ты обнял меня. Совсем как на картине. И долго смеялся, говорил, пёс, мол, совсем не страшный, дворняга обыкновенная, но это на самом деле не важно. Никогда раньше я не чувствовала себя так уютно и защищённо, как тогда, на твоей груди, вот что действительно имело значение.

С того момента все понеслось ещё быстрее. Встречи, вечерние прогулки, созвоны с бесконечно длинными переговорами, пока не заканчивался лимит связи. Мысли, сомнения, желания. Я стала совсем рассеянной, все витала в каких-то облаках… Нет, не в каких-то, а в созданных тобою. В облаках сбывающейся мечты. Для мамы, конечно, наше общение секретом не стало и она вполне резонно высказалась, мол, найти бы не такого ветреного как ты, а какого-нибудь побогаче, да попримернее. Но моё «Мам!» отбило у неё охоту вмешиваться в наши отношения. Ну а я, представляешь, в какой-то из тех жарких июльских дней, почувствовала себя счастливой первый раз в жизни.

Странное ощущение. Оно возникло рано утром, когда я пошла в душ. Я долго стояла под струями воды, холодной, горячей, вновь холодной, смывая с себя остатки сна, и когда протерла запотевшее зеркало полотенцем, то замерла, глядя на своё отражение. Я была точь-в-точь такая, какой ты изобразил на своей картине. Мира вокруг не существовало; счастье, абсолютное, непостижимое своим невероятным просветленным спокойствием, овладело мной.

Длилось то состояние всего несколько мгновений, и прервал его телефонный звонок. Твой.

Знаешь, я все жду. Живу, дышу, жду и понимаю, судьба каждого человека — именно ожидание и лучшее из наших достоинств — терпение.

Помнишь, я однажды назвала нашу четверку (ты, я, Ромка, Ташка) «вечной», а ты ещё немного грустно улыбнулся, когда услышал. Я не придала значения той улыбке (ведь с тобой такое происходило часто) и, как понимаю теперь, зря.

«Помнишь», я так часто повторяю это слово, будто ты хоть раз что-то забывал. Скорее я, неорганизованная и хаотичная, сама себя так настраиваю на нужный лад. Мне ведь легче помнить. Больнее, но легче.

Любовь — костёр, и души наши — угли в нем. Любовь жива до тех пор, пока даже в самой глубине самого маленького уголька хранится тепло. Именно оно греет мою душу несмотря ни на что.

Буквально за пару дней до расставания ты показал мне Озеро. Пока Ромка с Ташкой доставали вещи из машины и колдовали над припасами для пикника, ты повел меня к берегу и дальше, дальше вдоль спокойных тёплых вод.

Озеро… Круглая, прозрачная чаша под нереально ярким небом и мы, двое в целом мире, а напротив, на другом берегу — пестреющий мириадами цветов луг. Цветочная поляна.

«Помнишь?», — молвил ты.

«Да. Как можно забыть. Это она?».

Я услышала твой глубокий вздох.

«Я видел её во снах. И нас с тобой. Здесь».

Нас с тобой связала судьба, Саша, Сашенька, Сашуля, мой родной! Теплым ветром с берега, солнечным светом, нитями, протянувшимся сквозь сосновые ветви, нежными волнами, обнимавшими наши ноги и безбрежьем цветочного мира на той стороне Озера…

«Пойдём туда», — сказали мы одновременно друг другу и рассмеялись совпадению мыслей, слов, даже интонаций голосов наших.

«Ребята, все готово, возвращайтесь!». То реальный мир позвал нас к себе Ромкиным голосом из дальней дали.

Конечно, мы пошли назад и оставили Цветочную поляну позади. Сашка, я, веришь или нет, думаю, ломаю голову себе над тем, как все повернулось бы, дойди мы туда, останься в мире, который открылся лишь нам?

Есть вещи, истинный смысл которых начинаешь осознавать позднее, когда проходит время. Мир постоянно разговаривает с нами, но его язык не состоит из слов, он полон образов и намеков. Та поляна, она была только для нас. Но, Сашенька, куда бы люди ни шли, они всегда приходят только туда, куда им суждено дойти.

Мы много путешествовали тем летом, и вдвоём, и с Ромкой и Ташкой. Я, кажется, никогда так часто не ездила раньше. Вам троим вечно не сиделось на месте, вы ведь так спелись, пока мы не виделись, ну а я больше домоседка. Вы и по делам Ромкиным тоже втроём катались постоянно. Я все удивлялась, ну Ташка понятно, а ты? С другой стороны, права у тебя есть, а Ромке помощь нужна иногда, да и жить надо на что-то.

Вот так вы и умчались, втроём, в первый день осени, когда я пошла учиться. Я, наверное, и поехала бы с вами, но ты сам сказал, что не надо и через день вы вернетесь.

Я осталась, только проводила взглядом уезжавшую в вечерние сумерки машину. И отпустила своё сердце с тобой, ведь сердце всегда с тем, кого любишь.

Ночью полил дождь, я не спала, ворочалась, слушала биение воды по окнам, а тем временем беспокойство холодной змеей вползало в мою душу.

Утром, ранним, туманным и зябким, я позвонила тебе, безразличный женский голос сказал, что ты недоступен. Я набрала Ромку с Ташкой, но и вместо них услышала лишь те же «абонент находится вне зоны…». На трассе связь пропадает, уверила я себя и попыталась успокоиться.

Когда появилось сообщение, что ты в сети, я едва не подпрыгнула от счастья, набрала тебя и услышала короткие гудки. Они так и пели свою противную прерывистую трель, пока я вновь и вновь набирала твой номер, а затем ты опять исчез.

Кофе, плитка шоколада, ещё кофе, все чтобы унять натянутые нервы. Опять кофе, таблетка какого-то успокоительного от матери. Не помогло, я сорвалась, крикнула на неё, когда она в очередной раз поинтересовалась, как дела. Четвертая чашка кофе, и вот уже рот сводит от его кислой, терпкий горечи.

Звонок раздался под вечер, равнодушно-нейтральная мелодия незнакомого номера и «неизвестный абонент» на экране. Я не люблю, когда звонят те, кого не знаю, тем более с закрытых номеров и к ночи, но сейчас я чутьем поняла, надо ответить.

«Сашка, ты?! Слава Богу! А у меня телефон твой номер не узнал».

Ты замолчал, будто обдумывая ответ.

«Ничего страшного, просто… там где я сейчас, плохо со связью».

«Я так и поняла, у тебя голос тихий-тихий такой. С тобой все в порядке?».

» Да, Лиска. Все уже хорошо».

«А Ромка, Ташка, они с тобой?».

» Конечно, Лизонька, они тоже здесь…».

«Подожди, ой, твоя мама звонит по второй линии… Может, что-то случилось?».

«Может быть, Лиза…».

Как странно ты это сказал. Саша! Каким грустным голосом, едва пробивающимся сквозь толщу ужасных помех.

«Ты будешь ей звонить?».

«Боюсь, я не смогу… Лиза, Лизонька, я хотел сказать, что люблю тебя. Очень. Весь мир поместится в моей любви к тебе».

«Сашка, с тобой точно все нормально? Может, такси взять и заехать за вами?».

«Нет, милая, не нужно, не торопись», – сказал ты, и помехи заглушили тебя, когда же шум их на мгновение отступил, я услышала твоё короткое: «Лиза?».

«Ты помнишь нашу Цветочную поляну?».

Я набрала твой номер. Снова. Снова. Снова. Сашка, поверь тысячу раз, наверное, было это проклятое «снова»!

Потом дозвонилась твоя мама. Страшным, седым, мертвым голосом она сказала, что еще ранним утром, в том самом тумане ваша машина попала в аварию и вы все, Ромка, Ташка и ты… Господи, как же так!

Зачем я постоянно пишу тебе? Зачем?! Пишу, рву написанное и начинаю вновь. Я все время спрашиваю себя.

Потому что я соврала тебе про боль, она не утихает никогда. Потому что кричит душа, а сердце рвётся на части, обливаясь кровью. Нет мне покоя ни днём ни ночью. И я не знаю как быть с моей невыносимой мукой.

Потому что твои руки все ещё обнимают меня…

Источник:
Неотправленные письма
«Знаешь, я уже почти не испытываю боли. Честно. Я так свыклась, так срослась с нею, что перестала её чувствовать. И все из-за тебя». В новом выпуске литературного проекта «Абзац» — эпистолярный
http://rk.karelia.ru/abzac/neotpravlennye-pisma/

Неотправленные письма

Ты никогда не узнаешь, как я жду тебя

Ты никогда не почувствуешь того, что я чувствую, когда пятый день жду твоего телефонного звонка, и стараюсь говорить меньше с теми, кто отвлекает меня, и, как мне кажется, в данный момент занимает линию, а ведь в этот самый момент ты можешь услышать короткие гудки, набирая мой номер. Я выхватываю телефон в толпе, в ресторане, я беру его с собой в душ и кладу его рядом с кроватью. И жду, когда он покажет мне на дисплее твое имя. Ты никогда этого не увидишь, как я смотрю на твой номер, и буквы, складывающиеся в слово, что я шепчу ночью. Я зову тебя. Я хочу просто знать, как ты, услышать твой голос. Ты никогда не почувствуешь, что я ощущаю, когда жду твоего звонка. Ты сказала: «Позвоню как-нибудь». Что такое «как-нибудь»? Это время суток или способ набора номера? Что это? Этого никогда не узнаю я.

Ты никогда не узнаешь, что такое не видеть тебя неделю. Я хожу по улицам и ищу тебя, я знаю, что ты не так часто бываешь здесь, но помнишь, я встретил тебя летом, это было давно, но все-таки было! Почему-то этого нет сейчас. Неужели вновь ждать лета? Я каждый вечер смотрю в сторону твоего дома, я хочу встать и уйти от этих людей, они не могут знать, что я чувствую, они рады, тому, что я с ними, но ведь я без тебя. Я чувствую тебя, как ты едешь домой с занятий, как ты заходишь в подъезд и поднимаешься по лестнице, и все это время я с тобой, но потом ты закрываешь дверь, меня размазывает по выбеленной стене, и все заканчивается. Дальше мне нельзя. И я хочу, что бы ты узнала, как это — быть без тебя.

Ты никогда не поймешь того, что понял я. Что мне без тебя нельзя. Мои силы заканчиваются. Я начинаю задыхаться, я словно в батискафе, который оборвался с троса и идет на дно. Я не могу без тебя дышать. Я чувствую, что каждый день я пытаюсь делать все более редкие вдохи, но рано или поздно я сделаю свой последний вдох. Если ты не успеешь. Ты никогда не узнаешь, как я люблю тебя.

Ты можешь назвать эту песню набором бессмысленных фраз.

Здравствуй, мое самое любимое, самое нежное и ласковое солнышко!

Я вряд ли отправлю тебе это письмо, ведь ты назовешь его глупым и ненужным. ничего. Я буду знать, что оно есть.

Каждую секунду, когда мы вместе, я всегда помню. Даже когда тебя нет рядом, я знаю, что ты со мной — ты постоянно в моих мыслях, в моих действиях. все, что я делаю — для тебя. Все, что я чувствую — только к тебе. Все, что я знаю, когда-то было передано мне тобой. я не знаю

и не хочу знать ничего и никого иного.

Я не знаю, люблю ли я тебя. Но любят ли люди воду в жаркий день? Я не знаю, нужно ли мне видеть тебя постоянно. но разве нужно видеть воздух, чтобы дышать? Не знаю, хочу ли я быть с кем-то еще. но разве кто-то видел, как по ночному небу плывут две луны сразу? Я не знаю, смогу ли я без тебя: сможет ли кто-нибудь прожить без солнца, которое дает жизнь.

Я не знаю. Я не знаю, не понимаю, не хочу понимать уже ничего. Может быть, мы станем другими, и все изменится, и будет уже не таким, как раньше. но я верю: то, что так крепко привязало меня к тебе, эта почти болезненная зависимость. желание, граничащее с безумием — навсегда.

Ты навсегда останешься в моем сердце

Дата 11-го сентября для меня является вдвойне грустной не только из-за событий в Нью-Йорке, но и из-за того, что ровно год и ОДИН месяц назад ты пришла и сказала, что тебе это все больше не нужно, и ты хочешь прекратить наши отношения. Что тебе больше не нужна моя любовь во всех ее проявлениях и тебе нужно нечто другое, то, что ты даже сама себе не смогла объяснить. Но ты знала одно — что для меня больше нет места в твоем сердце. В тот момент я не верил в то, что все может закончиться вот так. Но потом я понял, что я больше не нужен.

Я достойно воспринял твое решение и не стал этому препятствовать, я просто ушел в сторону. Пусть после этого прошло уже достаточно времени, у меня были другие женщины, у тебя были другие мужчины, но я все равно продолжаю любить тебя. Все познается в сравнении, и те, кто был до тебя, и были после тебя — они ничто! Ты остаешься для меня той единственной и неповторимой, самой любимой на свете женщиной.

Я до сих пор помню твой нежный взгляд и тепло твоих губ, нежность твоих рук и изящность твоего очаровательного тела. Это навсегда останется со мной, в моем сердце, потому как даже сейчас, после того как мы уже давно не вместе, я продолжаю любить тебя. Любить искренне, так, как любил тебя с самого первого дня!

Я желаю тебе найти в жизни свое истинное счастье и душевный покой. А я просто буду тихо продолжать тебя любить.

Арлекин поделиться

Источник:
Неотправленные письма
Женская газета Яблоко. Статьи о сексе, любви, мужчине и женщине. Женский форум и женские советы.
http://apple.cofe.ru/Bessonnitsa/Neotpravlennyie-pisma

Неотправленные письма любимым

Такие письма писали наверное все, кто хоть раз был влюблён. Вот напомню вам просто хрестоматийный пример из классики:

Предвижу все: вас оскорбит
Печальной тайны объясненье.
Какое горькое презренье
Ваш гордый взгляд изобразит!
Чего хочу? с какою целью
Открою душу вам свою?
Какому злобному веселью,
Быть может, повод подаю!
.
На него и ответ есть

Я к вам пишу – чего же боле?
Что я могу еще сказать?
Теперь, я знаю, в вашей воле
Меня презреньем наказать.
Но вы, к моей несчастной доле
Хоть каплю жалости храня,
Вы не оставите меня.
.

Писала, писала больше для себя, но отправляла, зная, что прочтет не скоро.

Перестала писать когда поняла, что возврата уже не будет. Через месяц вернулся.

Когда я слала письма мне хотелось только выговориться, о возврате я уже не думала, поскольку понимала что так как прежде уже не будет. когда вернулся, как прежде уже не стало. если раньше мы просто встречались, то сейчас мы живем вместе, мы семья, да только прежнего не вернешь. Нет любви, страсти, перегорело все у обоих. есть привязанность привычка, теплые чувства, ну как будто мы 10 лет женаты. вот такое есть, а страсть в отношениях пропала(((

Тогда расставались по его инициативе — растерялся, испугался ответственности, всем надоело встречаться, надо было либо в одну, либо в другую сторону. Он струсил, но долго без нас не смог.
а я теперь каждый день боюсь предательства, что меня снова «приручат» и испугаются.

Письма как таковые — нет. А зря. Потому что это такой психотерапевтический прием есть. Причем письма могут быть не только мужчинам (ну или там женщинам). А и родителям, начальнику, соседке, покойной бабушке, прадеду, которого в жизни не видел или даже самому себе: в настоящем, в прошлом или будущем.

А вот что писала — то стихи. Причем непременно ПОСЛЕ как разбежались. И такие даж ниче получались.

ой что то мне навеяло.

Они горят. Их не напишешь вновь,
Хоть написать, смеясь, ты обещала.
Уж не горит ли с ними и любовь,
Которая их сердцу диктовала?

Их ложью жизнь еще не назвала,
Ни правды их еще не доказала.
Но та рука со злобой их сожгла,
Которая с любовью их писала!

Свободно ты решала выбор свой,
И не как раб упал я на колени;
Но ты идешь по лестнице крутой
И дерзко жжешь пройденные ступени.

Безумный шаг. быть может, роковой.

Я сейчас приведу ниже это письмо. Оно подходит под понятие «неотправленное» ибо я не получила его в момент написания или чуть позже. Много, много спустя. Он женился и у них родилась замечательная дочурка. Я очень Вас прошу всех. Я знаю, что после прочтения письма, вам захочется закидать меня камнями. Не надо. Я получаю свое. Просто почувствуйте, насколько живое и дышащее. Насколько горькое и сильное. И простите меня тоже.

насчет стихов. я писала только в детстве. лет в 15. один. когда мне «напрочь казалось что никому не нужна»
загляни в пустоту
ты увидишь печаль
растворись, утони
и почувствуй, как жаль.

жаль себя упускать на съеденье судьбе,
знаю, больше не встать..

Впрочем, как и тебе..

такое вот злобное.

а вот рваные эмоции стихов я прочувствовала только недавно. у меня сохранен стих одной юной девушки из питера, если надо, я поищу ее имя-фамилию, но это сильно. вызывает слезы, выворачивает наизнанку.

Мама на даче, ключ на столе, завтрак можно не делать.
Скоро каникулы, восемь лет, в августе будет девять.
В августе девять, семь на часах, небо легко и плоско,
солнце оставило в волосах выцветшие полоски.
Сонный обрывок в ладонь зажать, и упустить сквозь пальцы.
Витька с десятого этажа снова зовет купаться.
Надо спешить со всех ног и глаз — вдруг убегут, оставят.
Витька закончил четвертый класс — то есть почти что старый.
Шорты с футболкой — простой наряд, яблоко взять на полдник.
Витька научит меня нырять, он обещал, я помню.
К речке дорога исхожена, выжжена и привычна.
Пыльные ноги похожи на мамины рукавички.
Нынче такая у нас жара — листья совсем как тряпки.
Может быть, будем потом играть, я попрошу, чтоб в прятки.
Витька — он добрый, один в один мальчик из Жюля Верна.
Я попрошу, чтобы мне водить, мне разрешат, наверно.
Вечер начнется, должно стемнеть. День до конца недели.
Я поворачиваюсь к стене. Сто, девяносто девять.

Мама на даче. Велосипед. Завтра сдавать экзамен.
Солнце облизывает конспект ласковыми глазами.
Утро встречать и всю ночь сидеть, ждать наступленья лета.
В августе буду уже студент, нынче — ни то, ни это.
Хлеб получерствый и сыр с ножа, завтрак со сна невкусен.
Витька с десятого этажа нынче на третьем курсе.
Знает всех умных профессоров, пишет программы в фирме.
Худ, ироничен и чернобров, прямо герой из фильма.
Пишет записки моей сестре, дарит цветы с получки,
только вот плаваю я быстрей и сочиняю лучше.
Просто сестренка светла лицом, я тяжелей и злее,
мы забираемся на крыльцо и запускаем змея.
Вроде они уезжают в ночь, я провожу на поезд.
Речка шуршит, шелестит у ног, нынче она по пояс.
Семьдесят восемь, семьдесят семь, плачу спиной к составу.
Пусть они прячутся, ну их всех, я их искать не стану.

Мама на даче. Башка гудит. Сонное недеянье.
Кошка устроилась на груди, солнце на одеяле.
Чашки, ладошки и свитера, кофе, молю, сварите.
Кто-нибудь видел меня вчера? Лучше не говорите.
Пусть это будет большой секрет маленького разврата,
каждый был пьян, невесом, согрет теплым дыханьем брата,
горло охрипло от болтовни, пепел летел с балкона,
все друг при друге — и все одни, живы и непокорны.
Если мы скинемся по рублю, завтрак придет в наш домик,
Господи, как я вас всех люблю, радуга на ладонях.
Улица в солнечных кружевах, Витька, помой тарелки.
Можно валяться и оживать. Можно пойти на реку.
Я вас поймаю и покорю, стричься заставлю, бриться.
Носом в изломанную кору. Тридцать четыре, тридцать.

Мама на фотке. Ключи в замке. Восемь часов до лета.
Солнце на стенах, на рюкзаке, в стареньких сандалетах.
Сонными лапами через сквер, и никуда не деться.
Витька в Америке. Я в Москве. Речка в далеком детстве.
Яблоко съелось, ушел состав, где-нибудь едет в Ниццу,
я начинаю считать со ста, жизнь моя — с единицы.
Боремся, плачем с ней в унисон, клоуны на арене.
«Двадцать один», — бормочу сквозь сон. «Сорок», — смеется время.
Сорок — и первая седина, сорок один — в больницу.
Двадцать один — я живу одна, двадцать: глаза-бойницы,
ноги в царапинах, бес в ребре, мысли бегут вприсядку,
кто-нибудь ждет меня во дворе, кто-нибудь — на десятом.
Десять — кончаю четвертый класс, завтрак можно не делать.
Надо спешить со всех ног и глаз. В августе будет девять.
Восемь — на шее ключи таскать, в солнечном таять гимне.

Три. Два. Один. Я иду искать. Господи, помоги мне.

Источник:
Неотправленные письма любимым
А вы писали такие? Любимому человеку. После расставания. Ну вот такое письмо, которое пишешь скорее для себя, чтобы выплеснуть всё то, что давит на сердце. Главное, такое письмо потом не
http://eva.ru/love/messages-2216866.htm

Неотправленные письма о любви

НЕОТПРАВЛЕННЫЕ ПИСЬМА

Знаешь, я уже почти не испытываю боли. Честно. Я так свыклась, так срослась с нею, что перестала её чувствовать. И все из-за тебя.

Я никогда и никому не писала писем. Удивительно. Сообщения по телефону, мэсседжи, глупые, затертые до дыр, потерявшие в силу очевидности всякую ценность цитаты на стенах социальных сетей, всего этого было с избытком. Писем же, настоящих, на бумаге, написанных от руки, ни разу в жизни.

Когда я решила начать писать тебе, то думала, что буду точно знать каждую строчку, не упущу ни одной мысли, которую хотела бы донести. Но едва я села за письменный стол, как поняла: голова моя пуста и в ней гуляет только ветер. Он, мой ветер, полон грусти и осени, в нем жёлтые листья плывут по волнам тумана и ты прекрасно знаешь, почему.

Мы ведь с тобой знакомы кажется всю жизнь, да? Сколько помню себя, столько и был рядом ты. И ты не знаешь конечно, я же тебе никогда не говорила, но первое, что я до сих пор помню о себе, это как плакала на площадке детского садика, потому что зарыла в песочнице любимую куклу, а ты помогал мне её искать. Кукла потерялась, но какая разница, ведь искали мы кусок пластмассы, а нашли друг друга.

Родители у нас дружили, и мы с тобой часто виделись. Я часто болела, общения со сверстниками не хватало и каждому твоему появлению радовалась до замирания сердца. Наверное, то ощущение, когда оно делает «тук» и мгновением останавливается, появлявшееся, как только видела тебя, берет начало именно оттуда, из нашего беззаботного детства.

Иногда обижали меня другие мальчишки. Так и норовили дернуть за косу, а ты, Сашенька, всегда защищал меня от них. Никому не давал в обиду.

Забавно, ты слегка шепелявил в детстве и не мог толком произнести моё имя, звал меня Лиска. «Сашка, не Лиска, а Лизка, Лиза, Елизавета», учила я, а ты хоть и старался конечно, но все равно, у тебя ничего не получалось. Вот и осталась я для тебя навсегда Лиской, Лисой.

Еще помню, как не расставался ты с карандашами и бумагой, постоянно рисовал, красил и даже когда бегал по улицам, норовил мимоходом веточкой что-то почертить на земле.

Ты уже тогда не был таким как все, Сашенька мой. С самого детства небо полюбило твои глаза, а солнышко играло твоей улыбкой.

И в школу мы тоже пошли вместе, учились правда в параллельных классах, но не было ни одной перемены, на которой мы бы не виделись. И ты все также продолжал защищать меня. «Жених и невеста», дразнили нас, но, не знаю, как тебе, а мне это даже льстило. Однажды какой-то мальчонка назвал меня рыжей, я разревелась, сама не знаю отчего, а ты увидел, подошёл к нему и толкнул так, что тот больно ударился. Наших родителей ещё потом вызывали в школу и произошедшее нам казалось событием, трагичнее которого ничего на свете и быть не может. Чего я тогда так обиделась и плакать начала? Ведь я и в самом деле рыжая. Эх, дети.

Скоро нас стало четверо. Роман и Таисия, такие же как и мы «жених с невестой». Ромка и Ташка. Он, полненький и забавный, в очках и она, крохотная тихоня с брекетами. Мы сдружились и с тех пор постоянно находились вместе.

Порой я думаю, вернуть бы те времена, дни беззаботного детского счастья и радости, и понимаю, нет, не бывать такому никогда. Но ведь как жаль, Сашенька, как до слез жаль.

В четвёртом классе мой мир рухнул. Папу повысили по службе, мы переехали в Москву. Ты пришёл к нам домой в день отъезда, грустный и серьезный. Мы находились в моей комнате, пока родители собирали оставшиеся вещи. Сидели, не говоря ни слова, дети десяти лет, взявшиеся за руки. Наконец, словно устав от собственного молчания, ты вынул из кармана листок картона и протянул мне.

Я никогда раньше не видела ничего подобного.

Там, на небольшом бумажном квадратике, сияло лето. Небо, такое же пронзительно синее, как твои глаза, казалось ярче и реальнее того, тусклого и зимнего, что висело за окном. Яркое солнышко освещало поляну, пёструю от заполонивших её цветов. Казалось нет конца и края их морю, раскинувшемуся под голубым небом и желтым солнцем! Как написал ты все это обычными цветными мелками? Какое вдохновение сошло тогда на тебя, мальчишку, только начавшего ходить в школу?

«Я нарисовал Цветочную поляну, Лиска. Она приснилась мне сегодня», сказал ты. «Будет грустно, посмотри на неё и помни, я всегда жду тебя здесь». И густо покраснел после своих слов.

Знал бы ты, как грела сердце моё твоя Цветочная поляна!

Трудно писать письма. Но нужно. Они как лекарство, которое облегчает боль в душе.

Не спала всю ночь. Думала. Как же вот так бывает: в голове ураган, все гоняю, гоняю что-то по кругу, спрашиваю сама себя, как и почему, по чьей воле жизнь так повернулась. Будь ты рядом, наверняка подсказал бы ответ. Впрочем, тогда мне и незачем было бы тебе писать.

Когда мне исполнилось девятнадцать, умер папа. Он завещал похоронить себя на родине. Так мы и вернулись назад. Мама тогда места себе не находила от горя, заболела, я же перевелась и чтобы отвлечься, с головой ушла в учёбу.

Нет случайностей на свете. Мы рождаемся и умираем в заранее назначенный нам срок, встречаемся лишь с теми, с кем ходим одними тропами и расстаемся только тогда, когда суждено.

Источник:
Неотправленные письма о любви
НЕОТПРАВЛЕННЫЕ ПИСЬМА Знаешь, я уже почти не испытываю боли. Честно. Я так свыклась, так срослась с нею, что перестала её чувствовать. И все из-за тебя. Я никогда и никому не писала писем.
http://litnet.com/ru/reader/neotpravlennye-pisma-b22369

Неотправленные письма парню

Но о меня это уже не зависит. Я уже видела его глаза, я уже под гипнозом: мне уже никуда не деться. Ты, мой милый, не плачь, когда я уйду: сердись, ненавидь, мсти, встречаясь с другими, жги мои фото — только не плачь.

Я же говорила тебе — помнишь? — еще до того, как ты впервые коснулся губами моего лица, что я не умею быть благодарной.

И все же… Я вышла за тебя замуж.

Но теперь мне пора.

«Куда ты?» — беззвучно прошепчут твои губы.

«За ним» — отвечу я также не произнеся ни слова.

Зачем? Помнишь, когда-то давно, когда мы еще не были женаты, мы с тобой смотрели передачу про то, как кролик сам прыгает в пасть глядящему на него удаву? Он ведь тоже понимает, что погибнет. Но… это сильнее него.

Я пишу это письмо в начале осени, но я не знаю, когда ты его получишь: может, завтра, а может — через месяц. Когда у меня хватит духу нажать на «send» и сделать явью пророчество первых строк этого письма.

Не прощай меня, милый. Постарайся просто стать счастливым. Без меня…»

Он посмотрел в окно: снежинки кружась, падали на землю. «Скоро Новый год», подумал он, закрывая письмо, найденное им в папке «неотправленные» в почте его жены. А потом он расплакался. Вопреки ее просьбе.

За последние пять дней он потерял ее дважды: в прошлый четверг она погибла в автомобильной катастрофе…

Источник:
Неотправленное письмо
Скоро тебе будет больно, но ты пока об этом еще не догадываешься. Напротив, ты полон
http://wordwoman.ru/neotpravlennoe-pismo

Неотправленные письма о любви (и прочие записки девушки без имени)

В голову при этом лезут не самые радостные мысли, как то, например, оплот четырехдневной разлуки: «А вдруг он воспримет меня как охотницу за деньгами?».

Собственно, вооружившись этой мыслью, я стала искать заработок на стороне. Решила, что чем больше я буду зарабатывать, чем полнее буду обеспечивать собственное благополучие, тем легче мне будет встать с тобой на одну ступень. Быть равной. Быть рядом. А оттуда недалеко и до «вместе».

Потом было: «А что, если я на самом деле никому не нужна?». Здесь, к счастью, вмешались окружающие.

В последнее время я стала нравиться мужчинам, заметил? Конечно, заметил. У тебя на глазах передо мной ходят кругами четыре человека, и это только из тех, кто ходит открыто.

И я заметила. Знаешь. Мне это нравится.

Мне это нравится, потому что чем больше на меня обращают внимание они, тем ярче проявляется и твой ко мне интерес. Как раз то, чего мне все это время не хватало. Чем больше конкуренция, тем желаннее приз? О’кей, не вопрос, сердце мое. Я обеспечу тебе веселье, если ты этого хочешь.

Черт возьми, да, я хочу видеть, как ты улыбаешься мне, как ты загораешься при моем появлении. Ты же видишь все это с моей стороны? Так почему бы и мне этого не хотеть? Я хочу.

Я хочу любить тебя всем сердцем. Я хочу открыть в себе и вручить тебе такую любовь, о которой никогда раньше и не подозревала. Я работаю над этим. И ты меня направляешь, сам того и не представляя. Я хотела бы взять твою руку в свои и очень-очень долго ее целовать — просто потому что хотела бы. Потому что ты даришь мне покой, гармонию и тепло. Становишься моей опорой. И я хочу быть опорой для тебя. Тихой гаванью.

Источник:
Неотправленные письма о любви (и прочие записки девушки без имени)
Здесь можно быть или не быть собой.
http://www.diary.ru/

Дорогая моя подруга!надеюсь ты найдешь это письмо и прачтешь его.Мы дружили почти 3 года.но когда нам исполнилось 13 лет ты . начала говорить про меня гадости незнаю почему .Может из за злости а может из за зависти. Я мне было очень обидно услышать от тебя такое .И стого дня мы не стали дружить и перестали быть лучшими подругами .через несколько месяцев твоя мама начала говорить поо меня плохое .Я плакала и желела о том что я дружила с тобой .Ты говорила про меня плохое своим одноклассникам. И потом когда я начала дружить со всеми ,а стобой больше никто не дружил потому что узнали какая ты на самом деле.Ты начала просить прощение у меня .Незнаю прощу я тебя или нет но я думаю думаю что прощу .я не хочу желать тебе зла так что я прощаю тебя

Привет. Мой любимый нежный ласковый Юрис, как же я тебя люблю,но сказать тебе от этом не смогу . наверно это останется моей тайной. ты ведь даже не знаешь почему я тебя отказалась. ты у меня женат. но сказать тебе люблю так сложно не возможно, ты где то там я здесь. Ты был мне дорог любим важен нужен на протяжений всего этого времени. я от тебя скрывала что люблю тебя. мне мой лапочка так дорог, любим нужен не обходим был все это время. но между нами столько всего разделяет твой обстоятельств. семейных , ты прости меня за то что я тебя очень сильно люблю. ты же сам знаешь что чудо ты настоящее. ты один лоя меня такой на миллион со своим огромным сердцем полным тепла нежности искренности любви на верно по этому ты похож на солнышко чем то. такой же яркий чудный забавный. милый самый самый лучший мужчина в мире.

Привет. Мы давно общаемся как друзья, но с некоторых пор между нами возникли чувства, ты конечно не признаешься в этом, хотя и намекал и хочешь физической близости и я хочу. Ты женат, я замужем. Незнаю что чувствуешь ты, но я чувствую что влюбилась в тебя, так не ожиданно не чаянно.. Незнаю как быть, хочу увидеть тебя, обнять, поцеловать.. Ты тоже хочешь но боишься, чего? А мне тяжело, на душе камень, это щимящее чувство в внутри меня. Мне больно, хочется выть, кричать. Кажется что кислорода нехватает без тебя. Мне больно,, что делать я незнаю. А ты отказываешься увидится даже просто по говорить. Говоришь что не выдержиш просто быть рядом со мной. Просто больно очень очень больно от этой любви. Я уже и забыла что бывает так больно. Но я все же надеюсь что у нас произойдет встреча, когда нибудь обязательно. Это еще не конец.

Любить — это прежде всего отдавать.

Любить — значит чувства свои, как реку,

С весенней щедростью расплескать

На радость близкому человеку.

Любить — это только глаза открыть

И сразу подумать еще с зарею:

Ну чем бы порадовать, одарить

Того, кого любишь ты всей душою?!

Любить — значит страстно вести бои

За верность и словом, и каждым взглядом,

Чтоб были сердца до конца свои

И в горе и в радости вечно рядом.

А ждет ли любовь? Ну конечно, ждет!

И нежности ждет и тепла, но только

Подсчетов бухгалтерских не ведет:

Отдано столько-то, взято столько.

Любовь не копилка в зашкафной мгле.

Песне не свойственно замыкаться.

Любить — это с радостью откликаться

На все хорошее на земле!

Любить — это видеть любой предмет,

Чувствуя рядом родную душу:

Вот книга — читал он ее или нет?

Груша… А как ему эта груша?

Пустяк? Отчего? Почему пустяк?!

Порой ведь и каплею жизнь спасают.

Любовь — это счастья вишневый стяг,

А в счастье пустячного не бывает!

Любовь — не сплошной фейерверк страстей.

Любовь — это верные в жизни руки,

Она не страшится ни черных дней,

Ни обольщений и ни разлуки.

Любить — значит истину защищать,

Письма подруге > Подруге, которая до сих пор в моём сердце. ЛМ. Которую я так люблю. Которую я так обожаю. Которую я всё ещё не забыла. 2 года. 2 чертовых года. я больше так не могу. Далее будет письмо, адресованное тебе. От всей души.

Я скучаю по тебе. Ты нужен мне в этой жизни любым. Это плохо, но я бы каждого из родных променяла на тебя. Как ты смог так поступить со мной. Кто тебя еще так будет любить, как я. Все эти женщины как штамп дешевые и искусственные. Для них счастье в славе,деньгах, машинах и д.п. а мне нужен только ты хоть хромой, косой и без гроша в кармане. Ты не представляешь себе, как я люблю тебя. Я думала я сильная, а я слабая. Прости меня за любовь. Я найду тебя на том свете, может там ты будешь добрым. Береги себя, любимый. Прощай.

Привет мой любимый, нежный, ласковый родной нежный мой кисеныш. как же я тебя люблю ты мне так дорог любим нужен, прости меня за все что было между нами мне так был не обходим любимый мой но даже не знал, как был мне обходим все это время, мне все тебе так дорого любимое родное. мне хотелось кричать бежать от тебя я знала что ты женат но я тебя любила очень сильно, ты прости меня что между нам было ты был для меня всем чем только можно любимый и другом. и любимый на свете ты был всем че я могла только представить, котёнок . ты моя половинка жизнь моя. Кисеныш у меня такой хороший.

Привет, Ленок, как у тебя дела, у меня все хорошо, как наша Савелевка , все так же, наверно как Саша очень по вам скучаю передавай привет, я вас всех очень люблю. если что летом увидимся. собираюсь. к вам в июле. так все хорошо, как твои родные. спасибо что ты есть.

Привет) Узнала? Уверена, ты узнаешь этот подчерк из тысячи.

Впрочем, если и нет, то скоро узнаешь..

Да, это я. Пишу тебе. Кучу раз уже писала, и кучу раз переделывала написанное. И знаешь, в самом первом тексте, что я написала, я расписала ужааасно много.

Но, сейчас уже понимаю, что это лишнее. К тому же, если все образумиться, то я и сама тебе буду рада обо всем рассказать настолько подробно, насколько ты захочешь узнать.

Что ж, мне много сказать надо, на самом деле.. Точнее говоря, накопилось много всего, что я хочу сказать.

Итак, да. Если ты хочешь знать, а ты скорее всего хочешь, чтобы я то признала, я признаю, накосячила. Но не так, как я всегда косячила, а уже конкретно.. .

Теперь я могу радоваться только нескольким минутам в школе, когда мы встречаемся глазами или же когда нам приходиться переговорить что то или что то сказать друг другу. Всегда этому радуюсь, как дура, а после просто реветь хочется.. Потому что категорически мало просто «этих моментов».

Я сейчас понимаю, что вина лежит только на мои плечах, и снять ее в силах только ты. (ред.)

Между нами была очень сильная связь- дружба!

Дружба- это очень интересная связь. Нет обрядов и клятв. Друзья не дают обещания быть вместе, что бы ни случилось! У друзей нет обязательств друг перед другом! Все,что делают и говорят друзья, абсолютно все, на добровольной основе. Вот поэтому друг может уйти, предать или прекратить общение. Если сам того пожелает.

Я верю в дружбу, но не со мной. Ради друзей я готова на все. Я всегда помогала подругам и друзьям , выслушивала, выручала, даже иногда наступала себе на горло ради дружбы. А зря. Наверное, это моя судьба, или особенности характера, но я не могу найти себе нормалтного друга. Да и вообще, покажите мне хорошего доброго человека. Такие нынче не в моде.

Но когда я встретила тебя, то обрадовалась! Ведь среди множества людей я обрела настоящего друга! Было очень хорошо и примятно с тобой общаться. Но в тебе есть одна ненативная черта- гордость. Ты совершил ошибку. От которой мне было неприятно. Тебе стоило слелать одну вещь- признать свою неправоту и извиниться. Но ты слишком горд для этого. Ты обесценил мои чувства и переживания и не посчитал нужным раскаяться!

Дневник Kiany Rivz > О мыслях по утрам и поющих мальчиках

Знаете, вот так просыпаешься с утреца, вдыхаешь прохладный воздух, а мозг начинает свою интенсивную работу, размышляя над, вроде бы, обычными бытовыми вопросами, но колесница продолжает нестись, и тебя уже не остановить.

Вы, в супер хорошем расположении духа, ярко улыбаясь, включаете песенку «Ю тач май тралала» любимого певца в наушниках на полную громкость. И тут, как бы, и нет ничего из ряда вон выходящего. Песня. Обстановка. Настроение.

Однако, как-то раз, на досуге, я все же решила ответить на вопрос для самой себя: «Что даёт почву для такого обилия песнопений о любви?» Кажется, все просто. Люди показывают свои чувства, поют о них, вкладывают в это свои ощущения и эмоции, но можем ли мы посчитать все группы, бойз и герл банды, поющие о всяких таких романтических чувствах? Их навалом. Куда ни глянь — найдёшь ванильную песню в любой интерпретации, какой душа пожелает. Но какая основная аудитория для этих баллад? Да, женщины. Или, в большей части, даже девушки и девочки. Но какие они, эти девочки, верящие в сопливые песенки, и почему им важна не сама песня, а исполнитель, поющий её?

Конечно, немалую роль играет внешность мальчиков, танцующих или просто надрывающих связки на сцене, не столь важно. Их тщательно подбирают, дабы контент, которое будет производить агенство, скупался на рынках сбыта и давал возможность ещё для многих операций.

Но, как я успела пронаблюдать за всю мою жизнь, увидеть это все воочию, девочки растут, получая становление в среде, которая со всех сторон окружает их понятиями необходимости собственной о красоты, послушности, идеальности и тд. Вскоре уже девушки должны всегда иметь приемлемый товарный вид, ибо же иначе «сгниешь ты до старости в одиночестве», а мама так мечтает о принце на белом коне для своей дочки. И как-то все очень печально в данной ситуации, нет?

Вот тут-то и появляются танцоры/певцы/акробаты на ваш вкус и цвет, чтобы скрасить этот скудный вечер.

Если вообще проанализировать песни, каких-то известных, или даже малопопулярных групп, мы можем лицезреть весьма неутешительный результат. Все неустанно распевают о том, какая вы милая, обаятельная, распрекрасная и просто умница. И фишка, благодаря которой это ещё держится на плаву, а песни продолжают нравится многим, состоит в том, что для описания используют общие фразы, вроде, «лучистая улыбка, сияющие глаза, шелковые волосы», и какое там ещё дерьмо, с которым может проассоциировать себя каждая вторая? Here we go, перфект среда для того, чтобы забивать сейфы деньгами на иллюзорной чувстве любви, обожания и «будь собой, крошка!»

В общем, после такого становится почему-то уж слишком грустно, поэтому слушайте what you want and enjoy yourselves, kids!

Дневник olgashepot17 > у меня ломка по тебе любимый

Возможно, звучит нелепо, но у меня ломка по тебе, безумная нехватка твоих губ, рук, божественного тела, прикосновений, слов. Тебя в общем. Хочу тебя до безумия любиимый! http://s1.radikale.ru/uploads/2018/3/27/e6496d8d26237a714cf0c995e933a26c-full.jpg Я хочу все твое тело.. испить его..я хочу всю твою душу. я хочу сердце твое. У тебя божественное тело любимый! Я схожу с ума по твоей коже. Я хочу прикасаться к тебе всегда, целовать тебя в шею губы живот спину ниже, ласкать. Ты мне НУЖЕН ВЕСЬ!

Прошло около полугода как мы расстались и три месяца как мы виделись последний раз. Всё начиналось и развивалось очень красиво. И отношения могли быть замечательными, но я всё испортила, постоянные ссоры, скандалы, я молодая, вспыльчивая и глупая. А ты зрелый, умный, добрый и прекрасный человек, даже и не знаю как наши отношения продержались так долго, к слову ещё и терпеливый, любил меня, но я ничего не ценила, только принимала как должное, вела себя отвратительно просто. Разрушила наши отношения при чем по своей инициативе. Хотя и любила, ни разу об этом не сказала. Но сейчас мне тебя очень не хватает, постоянно вспоминаю тебя. Очень много я тебе не сказала и всё держала в себе, вот хоть где-то пишу, в надежде что будет легче. А тебе желаю добра и счастья. Спасибо за всё.

Мне хочется просто увидеть тебя или написать письмо, но что мне это даст(было много писем и ты меня больше не любишь). Мне стоит отпустить тебя, но я буду любить тебя всю жизнь. Возможно, у меня будет семья и детки, а я, буду любить ВСЕГДА одного человека. Так уж сложилось. Я просто жду старости, чтобы на том свете НАКОНЕЦ встретить и обнять тебя (ведь там ты меня не оттолкнёшь).

А ты когда-нибудь любил?

До сумасшествия, до боли.

В подушку судорожно выл,

За то, что вот такая доля?

И от бессилья стиснув зубы.

Душой то ласковый, то грубый.

Пытаясь мир перевернуть,

Чтоб лишь познать, той жизни суть.

Пытался кулаками бить,

Сбивая в кровь свои костяшки,

В запои даже уходить,

Когда бывало очень тяжко?

А ты кода-нибудь любил?

До немоты, до дрожи в теле.

Когда кричать уже нет сил,

А нервы «к черту» на пределе.

Когда нет слёз, а крик в ушах,

Немой, орёт, тебя же глуша.

А ты смотрел на образа,

Молясь за ту любовь послушно?

А ты когда-нибудь любил? …

А ты умеешь сердце слушать?

Марина Грация Почитальная

Много ли можно знать о тех людях, с которыми ты дружишь? Да, вполне, это естественно, что в ходе общения люди познают друг друга, раскрывают невиданные ранее им грани, они наслаждаются познанием другого человека, ибо это лучшее — знать своего друга, как себя. Не нужны ни миллионы, ни слава, ни власть, ни удача — такие горы по плечу каждому, которого поддерживает надёжный человек.

Дружба — это всегда ответственность, ведь бросить близкого друга, поступок редкостного дерьма и грязи. Если у тебя не получится с чем-то подсобить другому, то можно просто сказать ему об этом.

Привет, человек. Моя душа безумно устала, но я утешаю себя мыслью, что всё проходит и это пройдет. Пройдет боль, грусть (с поводом и без), пройдет моя любовь к нему. Ему всё равно на мою любовь. Единственное кого он способен любить так это самого себя, а моя любовь лишь тешит его самолюбие. Вот в чём вся правда и огорчение. Я могла познать истинную любовь, но держась за «свою любовь» не подпускала к себе никого. Сейчас я понимаю, что я придумала человека и он просто подошел под тот образ который я выдумала. Спустя 7 лет я поняла, что в этом человеке нет ничего из того, что я думала. Всё это было моё воображение. Как жаль, что нельзя вернуть время назад и исправить ошибки прошлого. И ведь я могла бы быть сейчас счастлива, а не сидеть и чувствовать жгучую боль которая прожигает всё внутри. Думайте девочки головой потому, что жизнь слишком коротка, чтобы быть несчастными и нелюбимыми.

Источник:
Неотправленные письма парню
Неотправленное письмо. Неотправленные письма о любви (и прочие записки девушки без имени). Неотправленные письма парню.
http://jealousy-relationships.ru/poleznoe/neotpravlennyie-pisma-parnyu/

CATEGORIES